Про расстановочное «Брать на себя не свои чувства» и «Стать матерью для своей матери»
Первое
В расстановках и психотерапии видно, что ребенок может «вставать на роль матери для своей матери», потому что она не дает ему любви, и тогда он пытается сначала долюбить, вырастить ее, чтобы потом она дала ему то, чего не хватает (все это, конечно, делается не осознанно). То есть — ребенок встает как бы старшим, как бы больше матери, «над ней».
Проявляется это так:
- Постоянная забота и контроль.Ребенок отслеживает эмоциональное состояние матери, подстраивается, старается «сделать ее лучше», облегчить, успокоить, оживить.
- Жертвование своим «я».Он отказывается от собственных потребностей, импульсов, интересов, чтобы «быть нужным» и удерживать маму. Часто проявляется как чрезмерная ответственность, трудность сказать «нет», потеря границ.
- Регуляция состояния матери через себя.Его собственное настроение, тревожность, активность становятся инструментом для стабилизации матери. Он ощущает, что если он расслабится или проявит собственное желание, с мамой что-то случится. Постоянное чувство «надо держать маму», страх, что что-то пойдет не так, если он не выполнит эту функцию. Это формирует устойчивый паттерн тревожности и внутреннего контроля.
- Эмоциональная идентификация.Он не только чувствует ее состояние — он активно берет ответственность за это состояние, пытается «починить», «поддержать», «спасти». Формируется чувство вины: любое проявление собственных потребностей воспринимается бессознательно как «предательство», «угроза маме», что закрепляет самопожертвование. Он не может отличать или отделять свои чувства, желания и потребности от ее состояния — его психика и тело сливаются с эмоциональным полем матери.
По этой теме у меня однажды случилось важное понимание: термин «стать матерью своей матери» в расстановках и психологии — это метафора, а не описание нормальной родительской роли.
Он обозначает позицию ребенка, который берет на себя функции взрослого, пытается «удерживать», «регулировать» или «спасти» родителя, входит в роль заботы и контроля, которую в нормальной семье выполняет родитель.
Это не настоящая материнская роль и не здоровая забота. Это компенсация, адаптация к нехватке родительской поддержки, механизм выживания психики ребенка. Термин показывает нарушение иерархии и распределения ответственности, а не нормальную, здоровую функцию матери.
Второе
В отношениях с недостаточной эмоциональной доступностью матери (где ребенку не хватает внимания, любви, живого присутствия) есть еще такой аспект, когда ребенок «берет на себя» чувства матери.
Почему он это делает?
Чтобы сохранить связь. Потому что другой тип связи — там, где тебя напрямую видят и любят, — недоступен с ней.
И тут дело уже не в том, что он «встает» ей матерью, «над ней», а в том, что это способ остаться в связи. Его психика решает более базовую задачу: мама должна оставаться живой, доступной, связанной со мной. Если для этого нужно чувствовать вместо нее или вместе с ней, «нести» ее тоску, тревогу, пустоту, страх, боль — он будет (бессознательно) это делать.
Если смотреть через психологию, то вместо слова «несет» больше подходит «начинает переживать те же чувства, что и мать», потому что его психика еще не дифференцирована и он сохраняет контакт через совпадение состояний. Он не постоянно таким способом сохраняет контакт, но чаще всего тогда, когда контакт с матерью небезопасен, нестабилен или недостаточно удовлетворяет потребность в поддержке.
Если мать эмоционально доступна, принимает его чувства, дает безопасную поддержку, ребенок может оставаться с собой, играть, исследовать, испытывать свои импульсы. Совпадение эмоциональных состояний тогда происходит эпизодически, как нормальное эмоциональное считывание, а не как постоянная необходимость.
Если мать не дает нужного контакта и поддержки, психика ребенка автоматически «подстраивается» — начинает переживать то же состояние, что мать, чтобы сохранить контакт.
Матери от этого становится легче?
С точки зрения психологии, когда рядом ребенок, который находится в том же состоянии, мать может чувствовать себя:
- менее одинокой в этом чувстве
- менее безумной или плохой
- более собранной
- иногда даже более живой
(все это чаще всего происходит бессознательно)
Это не уменьшение чувства, а снижение его невыносимости. Эмоциональное переживание остается, но становится более переносимым, потому что оно разделено, отражено, подтверждено.
С точки зрения расстановок, поля, матери может становиться легче, потому что часть ее переживания оказывается «вынесенной» в систему. Ребенок занимает место, где это чувство теперь проявлено, и напряжение в матери может реально уменьшаться. В расстановочном восприятии это выглядит как то, что ребенок «взял на себя», и мать выдохнула, выпрямилась, стала спокойнее. И тут, да, более уместно слово «несет».
Облегчение не гарантировано — все зависит от того, как распределяется напряжение в системе и насколько ребенок способен резонировать и контейнировать ее состояние.
Люди (в прошлом те самые дети), которые научились таким способом устанавливать связь, привыкают к нему. И потом этим же способом устанавливают связь с другими, кто каким-то образом напоминает им маму по недоступности.
И то, что мне самой оказалось важным и интересным в этой теме: когда у взрослого в детстве сформировалась привычка устанавливать связь через «взятие на себя» чувств другого, этот паттерн часто переносится и на собственных детей. Человек может бессознательно «переживать вместо них» их чувства или пытаться регулировать их эмоциональное состояние, повторяя старый способ поддержания контакта, усвоенный в отношениях с матерью.
Кроме того, может работать и другой механизм — проецирование собственных тревог и эмоций на ребенка. В этом случае взрослый переживает через него свои внутренние состояния вместо того, чтобы позволять ребенку переживать свои эмоции самостоятельно, оставаясь при этом для него безопасной опорой.
Оба этих механизма — «брать на себя» чужие чувства и проецировать на другого свои — не являются здоровой родительской позицией: первый — нездоровый способ поддерживать контакт, второй — бессознательный перенос своих неприсвоенных, недопрожитых эмоций, который влияет на взаимодействие, но не является способом заботы или поддержки ребенка.